Властелин тигр [= Владыка тигр, Бог-тигр, Властитель тигр, Лорд Тигр] - Филип Фармер

Очень долго Рас чувствовал себя близким к пределам выносливости, если уже не за ними, но неожиданно прорезалась странная легкость, необыкновенная воздушность — точно ветер входил в его тело, будто в надувной шар, а камень перед глазами стал будто орнаментом, нарисованным на бумаге. Рас осознавал, что причиной столь опасного состояния были переутомление и холод и сосущая пустота в желудке, но что он мог с этим поделать? И, продолжая свое мучительное восхождение, незадолго до рассвета, возвещаемого просветлением на востоке, нащупал рукой пустоту в камне — пустоту слишком ровную и гладкую для естественной впадины. Это было предсказанное мудрым старым Юсуфу окно. И очень, очень вовремя. Расу пришлось собрать все остатки сил, совершить невероятное, чтобы втянуть тело — разум уже как бы наблюдал со стороны — в оконный проем. Уже там, скорчившись на подоконнике, точно младенец в материнской утробе, Рас долго не мог прийти в себя. Он и был слабее младенца сейчас.

И тут Раса охватила мгновенная паника — мир словно уплывал у него из-под ног. Зубец скалы на востоке сместился, как живой, и вернулся назад, а попытка вцепиться в камень покрепче казалась ему обреченной на неуспех. Лишь мгновение спустя, стряхнув наваждение, Рас сообразил, что горизонт в покое — движется он сам, вместе с окном и всем утесом. И вспомнил, что говорил ему Юсуфу годы тому назад: высокие скалы качает ветер, и башня на озере качается, как дерево — может, на фут, может, и больше. Казалось совершенно невозможным, чтобы фантастически огромная твердая масса откликалась на дуновение невидимого эфира, но это было именно так. Это началось в незапамятные времена, с самого возникновения башни, и могло кончиться лишь с ее разрушением — при одном из очередных колебаний.

Рас спрыгнул в помещение за окном, потянулся, разминая мышцы, и приступил к обыску. Юсуфу рассказывал, что комната эта, вырубленная в скале за год до рождения Раса, служила обитателям башни главной кладовой. Юноша тронул входную дверь, деревянную, но очень толстую и прочную, и убедился, что заперт снаружи. Стало быть, чтобы выйти, следовало дождаться чьего-либо визита. Если верить Юсуфу, если его сведения не слишком еще устарели, то первым, почти на рассвете, сюда приходит за продуктами повар.

На складе хранилось много всякой всячины, и на каждой коробке, каждом предмете белела наклейка с надписью. В первую очередь Расу необходимо было отыскать немного мази для рук и что-нибудь для пустого желудка. Он вскоре сыскал какую-то липкую мазь и, недоверчиво понюхав содержимое склянки, смазал ссадины. Небольшим ломиком взломал ящик с консервами. Недоуменно изучив надпись на банке, с помощью ключа на донышке, насаженного прорезью на металлическое ушко, неуверенно откупорил ее. Сам процесс так Расу понравился, что он с трудом подавил желание вскрыть все банки подряд. Пища оказалась холодной, скользкой и слишком острой на вкус, но Рас съел содержимое банки до дна и, наполнив изголодавшееся брюхо, сразу почувствовал себя значительно лучше.

Опустошив еще банку с персиками и не без труда освободив из скрученной жести открывашку, Рас перешел к стеллажам с вооружением. На полках стояли ящики с самой разнообразной амуницией — револьверы и автоматические пистолеты выглядывали из своих кобур, автоматы тускло посверкивали смазкой, и чего там только еще не было! Из всего этого разнообразия Рас выбрал лишь винтовку М-15 — того типа, что уже успел изучить под руководством Евы, пока гостил у Юсуфу. Проверив ствол на чистоту, как требовала Ева, зарядил патронами и прихватил целую коробку с запасными обоймами. Затем уселся на пол возле двери и принялся терпеливо ждать.

Лучи восходящего солнца позолотили возле самого окна здоровенный механизм неопределенных очертаний. Высокий — выше самого высокого человека — и еще более длинный, агрегат изобиловал зубчатыми колесами. Основной его частью был, видимо, гигантский, обмотанный светлым тросом барабан. Конец троса, пропущенный через гладкие колесики, свисал с длинной металлической шеи устройства. Платформа, на которой стояло все устройство целиком, могла ездить по гладким металлическим дорожкам — так, чтобы железная шея высовывалась за окно. Другой конец троса с барабана сцеплялся с целым рядом одинаковых катушек на полу комнаты.

Похоже, именно эту машину Юсуфу называл лебедкой; приводимая в движение бензином, она могла опустить тысячу футов троса с грузом до поверхности озера. Бойгур предусмотрел ее на тот случай, если однажды останется на башне совсем без вертолетов. Рядом с лебедкой лежало несколько лодок из серебристого металла. Каждая лодка была привязана к раме с петлями для крючьев лебедки.

Чтобы скоротать время, Рас долго разглядывал все это со своего места у двери. Затем отвлекся, задумался о другом — о событиях прошлого, о настоящем, о будущем. С визгливым криком за окном промелькнул орел, и снова наступила тишина. Тишина столь плотная, что ковыряние ключа в замке едва не оглушило Раса, заставило сердце подпрыгнуть в груди. Юноша бесшумно скрылся за штабелем ящиков и притаился.

В комнату вошел невысокий пузатый негр, одетый в коричневую рубашку и шорты и повязанный спереди белым фартуком. Заперев за собою дверь, он спрятал ключ в карман, подошел к невысокой груде коробок и отработанным движением извлек из одной початую бутылку, в которой плескалась темная жидкость. Но выпить много не успел — кадык подпрыгнул всего лишь дважды, когда Рас обхватил негра за шею сзади. Бутылка, выплескивая янтарное содержимое, еще катилась по ящикам, а с негром уже все было кончено — шея хрустнула, и Рас сволок его в угол, за штабель. Бутылку отправил следом.

Расу пришлось отереть пальцы от мази — скользкими не очень-то покидаешь нож. Затем он отпер дверь конфискованным у негра ключом, осторожно выскользнул наружу и снова запер. Ключ спрятал в карман. От двери вверх вели десять высеченных в камне ступенек, поднявшись по которым Рас оказался в низком, чуть выше его макушки, коридоре. Справа он обрывался почти сразу, и Рас свернул налево. Несколько шагов привели его к двери по правой стороне; дальше была еще одна — и обе запертые. Ключ, захваченный из кладовой, не подошел ни к одной. В самом конце коридора, напротив ведущего вправо лестничного марша, находилась еще одна — толстая деревянная дверь с крохотным оконцем.

Рас заглянул в него: прямо напротив светилось забранное тремя толстыми металлическими прутьями окно наружу. Рядом с ним — подставка с умывальником, кувшин и чашка. В другом конце небольшой комнаты располагалась деревянная застеленная кровать, рядом с нею — белая посудина с крышкой. На кровати боком к нему лежала женщина — в одежде, похожей на ту, в которой он впервые встретил Еву. Худая, со спутанными соломенными волосами, она показалась Расу донельзя изможденной. Очевидно, это и была его невеста — девушка, доставленная сюда против воли и убивающая теперь себя голодом.